Придти в сознание своих недостатков и переменить жизнь есть действие Божие. (145)

Все святые православной Церкви в течение всей своей жизни неотступно держались покаяния. Нам это кажется вполне очевидным, вроде бы зачем и говорить об этом. Для нас это очевидно потому, что мы православные христиане, мы этому научены своей Церковью, мы к этому привыкли. А вот для остальных это вовсе не абсолютная истина. Причем не только явные сектанты, но и очень близкие нам по вероисповеданию римо-католики имеют совсем иное понимание духовного пути.

Чтимый святой католической Церкви Франциск Ассизский перед смертью сказал, что он всем все прощает и не имеет за собой ни одного греха, которого не очистил бы в таинстве исповеди. Сказано красиво, и многим может понравиться. Но вот православные святые, напротив, сами просили у всех прощения и, даже когда явно сияли благодатью, продолжали считать себя недостойными Царства Небесного. И уж, конечно, не могли они помыслить, что, исповедав грехи, которые за собой знали, они становятся святыми и могут торжественно шествовать на Небо. Они говорили по-другому: хотя я все исповедал, но иной суд Божий, иной человеческий. Рассуждая так, они держались покаянного умонастроения до последнего мгновения своей жизни.

По преданию, когда душа преподобного Макария Египетского, минуя все мытарства, поднималась уже на Небо, то бесы, окружавшие ее, кричали: "Ты победил нас, Макарий!" Но преподобный только после того, как достиг врат рая, обернулся и произнес: "Да, силою Господа Иисуса Христа я победил вас, бесы". И вошел в рай.

Покаяние необходимо всегда и всем, так как пред Богом все грешны. Какой бы меры святости ни достиг человек, как бы искренне и подробно ни исповедовался, все равно с божественной святостью его состояние несопоставимо. Святые пребывали в покаянии и тогда, когда благодать действовала в них явно. Исполняясь и утешаясь благодатью, они не оставляли покаяния, так как, видя воочию милость Божью, погруженные в нее, они тем более остро сознавали свое недостоинство.

Когда увидите душевными очами тщетные в себе мысли, тот же час или в ту же минуту прибегните к Господу. Помолитесь втайне... И так мало-помалу научитесь уменьшать, а по времени и истреблять духовное терние. (148)

Очень важное правило, но большинство из нас его не соблюдает. Мы считаем, что каяться нужно тогда только, когда приходим на исповедь. На самом деле покаяние должно быть постоянным. Мы должны внимать всем нашим помыслам, переживаниям. Как только осознали, что согрешили (мыслью, чувством, а не только делом), сразу должны каяться, не дожидаясь встречи со священником. Если перед человеком согрешили, кого-то обидели, нужно по возможности обиду загладить, попросить у человека прощения, примириться с ним. Точно так же и с Богом. Разница в том, что с людьми мы общаемся сравнительно реже, значит, и реже перед ними согрешаем, а перед Богом согрешаем непрерывно: почти каждым помыслом, каждым сердечным движением. Поэтому наше покаяние перед Богом должно быть постоянным.



Но обычно человек не готов к видению своей греховности. Все, наверное, читали в детстве сказку Андерсена "Голый король". Кому приятно узнать вдруг, что он голый. Бывает, духовник видит немощь человека, но не может о ней сказать, так как понимает, что его слово не будет принято, - человек просто впадет в отчаяние, расстроится и уйдет. Так и Бог. Он мог бы открыть нам глаза на наши грехи, но, зная нашу немощь, как бы скрывает их от нас.

Если бы мы вдруг, неожиданно увидели всю бездну нашей греховности, то от ужаса сошли бы с ума. Если мы стараемся жить по заповедям Божьим, то постепенно Он открывает нам нашу греховность и мы становимся на путь покаяния. Большинство людей, когда читают или слышат о том, как глубоко падение каждого человека, просто не верят этому. Потому что гадко и стыдно отнести это к себе. Настолько стыдно, что стыд затмевает видение своего духовного ничтожества.

186. Одни грехи повседневные, другие смертные. За смертный грех требуется большее покаяние. А рассмеяться случится, тотчас скажи: согрешила, Господи, прости; мысль дурная пришла: Господи, отыми от мене весь помысл лукавый видимого сего жития; случится солгать: Господи, прости мое согрешение. (483)

Это все относится, так сказать, к малым, повседневным и даже ежеминутным грехам. Мы должны постоянно приносить покаяние Богу и не отчаиваться, не унывать. Если нас на улице дразнят какие-нибудь мальчишки, очень глупо останавливаться и начинать ругаться с ними. Нужно идти своей дорогой. Когда же случается что-то серьезное, бандиты нападают, нужно звать на помощь и защищаться или убегать. Как в житейском, так и в духовном. Сильные искушения, так же как и слабые, но постоянные приражения помыслов, требуют усиленного внимания к ним; их нужно исповедовать духовнику, прося его молитвенной помощи; бывает, что нужно разобраться в причинах усиления брани. А обычная ежеминутная мелочь (этот греховный мусор) не требует особой исповеди - все это повод для постоянного покаянного самоукорения.



С другой стороны, существует опасность, на которую указывает святитель Игнатий Брянчанинов. Верующего церковного человека сатана обычно и не искушает на грубый грех, так как из-за страха Божьего душа его восстает, противится и уклоняется от явного греха. Гораздо эффективнее грех мелкий, и сатана соблазняет на незначительные проступки, которые, оставаясь нераскаянными, погубят нас точно так же, как грехи великие. Коварство в том, что на малые погрешности мы смотрим слишком легко, мы спокойны, когда нет больших грехов. И сатана тоже спокоен, так как дело его сделано.

Часто на исповеди говорят: не знаю в чем мне каяться, я ни в чем не грешен. Действительно, что тут особенного: понежился в постели, помечтал о чем-то соблазнительном, объелся за обедом, подумал о ком-то плохо... Вот на Страшном суде, перед лицом Божьим и окажется - ничего особенного в нас нет, а все, что есть, - земное, плотское. Вся наша душа соткана из различных пристрастий, не обязательно плохих, мы много чего и хорошего любим. Но вот найдется ли у нас что-либо общего с Христом? Ведь именно это, по мысли преподобного Симеона Нового Богослова, должно выясниться на Страшном суде.

У преподобного Иоанна Лествичника читаем, что самым тяжким грехом считается ересь, но, в то же время, еретика, как только он покается, сразу и причащают, а блудника, после принесения покаяния, отлучают от Причастия на много лет. Дело в том, что мысленный грех мыслью же и врачуется. Как только исправилась мысль, грех исчезает, приходит в нормальное состояние и сам человек. Поэтому в мысленных и словесных грехах гораздо легче приносить покаяние, нежели в совершенных делом.

Последствия телесных грехов исправить гораздо труднее. Плоть наша имеет свою инерцию, то есть привычки, отучить ее от них намного труднее, чем ум. Плотские грехи долго помнятся телом даже при желании исправиться и при покаянии. Именно по этой причине Церковь гораздо строже судит грех телесный. Всеми силами нужно избегать впадения в грех действием, быть особо внимательным и никак не соглашаться на всевозможные бесовские уговоры и соблазны - вот, мол, разок попробуй, ничего страшного, Бог милостив. Бог-то милостив, но расплачиваться за свои ошибки приходится иногда всю жизнь.

Блудная страсть одна из самых опасных. Мы не должны никогда соглашаться с помыслом, что уже избавились от нее. Бывает, что какое-то время она человека не беспокоит. Но нужно быть начеку. Как только человек возмечтает о себе, что он уже очистился и не способен впасть в блуд, обычно в скором времени он в него и впадает.

У блудного греха и греха злословия есть общая особенность. Святые отцы советуют, вспоминая или говоря о них на исповеди, не вдаваться в подробности. Вспоминая блудный грех, человек услаждается, вспоминая злословие - мысленно злословит.

187. Он все свои милости вам являет: будьте пред Ним незлобивым младенцем или смиренною грешницею.(148)

Вот два состояния: или человек сохранил чистоту своей души и подобен незлобивому младенцу, или, если не сохранил, должен каяться и быть перед Богом как смиренная грешница. Имеется в виду место в Евангелии, когда ко Христу привели женщину, взятую в прелюбодеянии. Она понимала, что заслуживает строжайшего наказания, раскаялась и в душе своей дала Богу обещание больше не грешить, и тогда Христос сказал ей: "Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши" (Ин. 8, 11).

188. Вот это помните всегда: "О сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою" (Ин. 13, 35). Когда будете иметь любовь между собою, тогда и будете Христовы ученицы. (273)

Мы только тогда и сможем называться настоящими христианами, когда будем иметь между собой любовь. А пока это не так, начнем хотя бы каяться в отсутствии любви, не осуждать друг друга, искренне считать себя заслуживающими всякого огорчения. Тогда мы тоже станем хотя и немощными, но Христовыми учениками. Покаяние - это то, что всем нам доступно.

В Ветхом Завете говорится не только об израильтянах, но и об их скоте. Святые отцы объясняют, что левиты - это символ тех христиан, которые исполняют заповеди Божьи, а скоты левитские - это те, кто не исполняет заповеди, но кается в этом и благодушно терпит скорби за свои немощи. Благая участь оказаться скотом, но в народе Божьем. Не оказаться бы среди его врагов, то есть тех, кто отверг покаяние.

В святом крещении каждый из нас помазан миром на царство, священство и пророчество. Каждый христианин имеет великое призвание: соцарствовать Христу в Царстве Небесном, быть священником у Бога Всевышнего. Не только священники, которые несут служение у алтаря, но все христиане призваны приносить Богу молитвенную жертву на своем сердечном жертвеннике, все христиане призваны прорекать слово Божье, не гнилое, самолюбивое и гордое слово, которое так часто у нас на языке, а слово Божье. Мы этого призвания не исполняем, так будем же каяться. Покаяние всем доступно. Недоступно оно только бесам.

189. Когда исповедуетесь и священник скажет: "Прощаю и разрешаю соделанное в ведении и неведении", вот вы уже и прощены. Есть такие, что пренебрегают этим: какого же дара великого они лишаются! (484)

Когда нам говорят, что спасение легко, покайся и спасешься, мы думаем: "Нет, не так все просто, не может быть, чтобы я покаялся и спасся". Когда нам говорят: "Трудись над своим спасением, исполняй заповеди Божьи", тут мы восклицаем: "Мы немощны!" И получается, что на самом деле мы и не хотим спасаться.

Бог каждому дает силы для труда над своей душой. Он готов нас и даром принять в Царство Небесное, потому что Ему от нас ничего не нужно, кроме нашего желания спастись. Если же нет такого желания, тут и всемогущий Бог "разведет руками", ведь насильно в Царство Божье не затаскивают.

В таинстве исповеди человек может примириться с Богом, если покается искренне, с намерением больше не грешить. А если будет каяться с намерением опять грешить - это не покаяние. Как в жизни бывает? Жена изменила мужу, просит у него прощения, а в душе своей намерена и дальше изменять ему. Это явное лицемерие. Так же и мы Бога оскорбляем, когда неискренне каемся. Если мы хотим примириться с Богом, необходимо примириться с ним до конца, решительно оставить все свои грубые грехи и всеми силами бороться со страстями. Не следует обольщаться: таинство исповеди фактически не совершается, если нет твердого намерения исправиться, решимости идти путем покаяния, желания навсегда оставить грех.

Излишнее упование на Бога греховно. Мы должны надеяться на милосердие Божье, но то, что можем, обязаны делать сами. Творить же все, что нам заблагорассудится, разжигать свои страсти и надеяться, что Бог нас все равно простит, - это непозволительное, сурово наказуемое легкомыслие.

190. Излишнее упование на Бога без добрых дел - смертный грех. Надобно просить: не вниди в суд с рабой Твоей, а не думать - меня Господь помилует. (486)

Часто люди грешат, думая, что ничего, Бог милостив, обойдется. Обойдется, если будем каяться и всеми силами стараться исправиться.

Духовнику очень часто приходится слышать на исповеди такое выражение: "Ну пусть Бог меня простит". А почему, собственно, Он должен прощать, если человек не признает вины за собой, не хочет потрудиться или потерпеть скорби ради своего спасения? Бог может нас простить, хочет простить, прощает даже, но Он ничего нам не должен. Смиримся перед Ним - получим по Его любви и милости к нам прощение и вечное блаженство. А будем уповать на что-нибудь иное, кроме Божьей любви и милосердия, - горько ошибемся.


2619271008658634.html
2619307933310433.html
    PR.RU™